Время на Земле
Сейчас год Свинки
.

Что было в этот день?
Узнать фазу луны
Факт о мире

Королева Франции Анна Бретонская, жена двух французских королей, в 1491 году первая надела на свадьбу белое платье, доселе считавшееся траурным, и черное, когда погиб ее второй муж Карл VIII. Этот обычай сохранился до наших дней.
Следующий факт »

Всё плохо и грустно?

время сыра


6510.Учительница спрашивает ученика:
- Почему ты не был вчера в школе?
- У нас было прибавление в семье...
- Да? Братик или сестричка?
- Что вы! Мама наконец вышла замуж!

Следующий анекдот »

“Если бы в России строго выполнялись все законы и никто не брал взяток, жизнь в ней была бы совершенно невозможна.”

Александр Герцен

Следующая цитата »

Угадай страну


"Хокку". японская мудрость


Легкий речной ветерок.
Чай хорош! И вино хорошо!
И лунная ночь хороша!
Басё

* * *

Следующий стих »

Карусель мира

Узнай о своём дне рождении больше





Ра оставил тебе послание!... (0о0)


ОДИН ДОБЫВАЕТ ДЛЯ ЛЮДЕЙ ВОЛШЕБНЫЙ МЕД


Сварили волшебный мед гномы, а унесли и спрятали его великаны. Но именно Один раздобыл его из того места, где таили великаны мед, и передал его сыновьям людей. Те, кто пили волшебный мед, становились очень мудрыми, при этом они начинали говорить таким прекрасным словом, что любой, кто их слушал, проникался к ним любовью.

...Гномы сварили волшебный мед из человеческой крови, с помощью жестокости и злодейства. Был такой Квасир-поэт. Он был не только мудр, но и обладал столь прекрасным языком, что все любили его и легко запоминали его речи. Гномы затащили Квасира в свои пещеры, где и убили.

— Теперь, — сказали они, — у нас есть кровь Квасира и его мудрость. Кроме нас, никто ею не владеет.

Они разлили его кровь в три больших кувшина и смешали ее с медом, из чего и сварили волшебный мед.

После убийства человека гномы стали наглеть на глазах. Вылезая из своих пещер, они разгуливали по всему Мидгарду, миру людей. Они заходили и в Йотунхейм и там разыгрывали свои злобные шуточки с самыми безобидными из великанов.

Так они насели на одного великана, который был записным простаком. Звали его Гиллинг. Гномы уговорили Гиллинга вывезти их в море на лодке. Затем два самых хитрых гнома, Галар и Фьялар, направили лодку на скалу. Лодка разбилась. Гиллинг не умел плавать и утонул. Гномы же уцепились за останки лодки и благополучно добрались до берега.

Злобные шуточки доставляли гномам столько удовольствия, что они хотели повторять их снова и снова.

Галар и Фьялар придумали, какую они могут сделать новую подлость. Они привели компанию гномов в дом Гиллинга и, рыдая, сообщили его жене, что Гиллинг погиб. Жена великана начала плакать и сетовать. Наконец она в слезах выскочила из дома. А Галар и Фьялар залезли на подоконник, и, когда бедная вдова пробегала внизу, гномы сбросили ей на голову мельничный жернов, который убил ее. Гномам доставляли удовольствие те беды и разрушения, что они причиняли.

Они так обнаглели, что стали петь песни, в которых хвастались, как убили Квасира-поэта, великана Гиллинга и его жену. Они ошивались вокруг Йотунхейма, мучая всех, к кому подбирались, и льстя себе, что, мол, они великие и сильные. Тем не менее они пребывали тут уж слишком долго. В результате Суттунг, сын Гиллинга, выследил их и захватил в плен.

Суттунг был не так безобиден и простоват, как его отец. Он был хитрым и завистливым. Когда гномы оказались в его руках, возможности сбежать у них не было. Он высадил их посреди моря на скалу, подножие которого омывал прибой.

Стоя в воде, великан был выше этой скалы, и вода поднималась ему лишь до колен. Он стоял, наблюдая за гномами, которые приходили в ужас от погружавшейся в волны прилива спасительной тверди.

— О, сними нас с этой скалы, добрый Суттунг, — плача, взывали они к нему. — Сними нас, и мы дадим тебе золото и драгоценности. Забери нас отсюда, и ты получишь ожерелье, такое же красивое, как Брисингамен.

Они рыдали, обращаясь к нему, но великан Суттунг лишь смеялся над ними. Ему не надо было ни золота, ни драгоценностей.

Тогда Фьялар и Галар закричали:

Сними нас со скалы, и мы дадим тебе кувшины волшебного меда, который мы сварили.

Волшебный мед? — спросил Суттунг. — Это то, чего ни у кого нет. Было бы неплохо получить его, потому что он поможет нам в битве с богами. Да, я хотел бы получить волшебный мед.

Он снял гномов со скалы, но придержал при себе Галара и Фьялара, пока остальные не спустились в пещеры и не принесли кувшины с волшебным медом. Суттунг взял мед и спрятал его в горной пещере рядом со своим жилищем.

Вот так и получилось, что волшебный мед, сваренный гномами с помощью жестокости и злодейства, попал в руки великанов. И теперь последует история, как Один, старейший из богов, который в то время бродил по миру в облике Вегтама-странника, изъял у Суттунга мед и передал его в мир людей.

У Суттунга была дочь Гуннлёд, своей добротой и красотой она напоминала Герд и Скади, девушек-великанш, которых любили обитатели Асгарда. Суттунг в поисках того, кто может охранять волшебный мед, наложил на Гуннлёд заклятие, превратив ее из красивой девушки в уродливую ведьму с длинными зубами и острыми ногтями, и запер в пещере, где хранились кувшины с волшебным медом.

Один слышал о гибели Квасира, которого почитал больше всех людей. Гномов, которые убили его, он замуровал в их пещерах, чтобы они никогда больше не могли выйти в мир людей. А затем отправился искать волшебный мед. Он хотел отдать его людям, чтобы, попробовав его, они обрели мудрость и их слова стали бы полны любви.

Историю, как Один извлек волшебный мед из каменной пещеры, где Суттунг спрятал его, как он снял заклятие, наложенное на Гуннлёд, дочь Суттунга, люди часто рассказывают, сидя вокруг очага.

Девять сильных рабов косили траву в поле, мимо которого шел странник в синем плаще и с посохом в руке. Один из рабов обратился к нему:

Скажи в доме Бауги, который стоит вон там, наверху, что я не могу больше косить, пока они не пришлют мне точильный камень, чтобы острить косу.

Вот тебе точильный камень, — сказал странник, вынимая брусок из-за пояса:

Раб, который обратился к нему, навел свою косу и принялся работать. Трава стала ложиться под его косой словно под ветром.

Дай и нам брусок, дай и нам! — стали просить другие косцы.

Странник кинул им брусок и, оставив их пререкаться, пошел своим путем.

Странник подошел к дому Бауги, брата Суттунга. Он остановился отдохнуть в нем, и, когда пришло время ужина, ему дали поесть за большим столом. И пока он ел вместе с великанами, с поля пришел посланец.

Бауги, — сказал он, — все твои девять рабов мертвы. Они перебили друг друга косами, передравшись из-за точильного бруска. И теперь у тебя больше нет рабов для косьбы.

Что я буду делать, что я буду делать? — запричитал великан Бауги. — Мои поля останутся нескошенными, и у меня не будет сена кормить зимой своих коров и лошадей.

Я могу поработать для тебя, — предложил странник.

От одного человека толку не будет, — вздохнул великан. — Я должен иметь девять работников.

Я сделаю работу за девятерых, — ответил странник. — Испытай меня, и посмотришь.

На следующий день Вегтам-странник вышел в поле Бауги. И за день сделал работу девяти человек.

Останься у меня на это время года, — попросил Бауги, — и я тебе щедро заплачу.

Так Вегтам остался в доме великана и работал на его полях, и, когда вся работа была закончена, Бауги сказал ему:

Говори, какое вознаграждение я тебе должен.

Единственное, что я попрошу у тебя, — ответил Вегтам, — это глоток волшебного меда.

Волшебного меда? — переспросил Бауги. — Я не знаю ни где он, ни как добраться до него.

Он у твоего брата Суттунга. Иди к нему и попроси для меня глоток волшебного меда.

Бауги пошел к Суттунгу. Но когда тот услышал, для чего пришел брат, то яростно обрушился на него.

Глоток волшебного меда?! — возопил он. — Никому я не дам и капли его. Не для того ли я заколдовал свою дочь Гуннлёд, чтобы она стерегла его?! И ты мне говоришь, что странник, который один сделал работу за девятерых, просит в уплату глоток волшебного меда! Есть великаны еще глупее, чем Гиллинг! Простофили! Кто мог сделать для тебя такую работу и кто мог потребовать такое вознаграждение, как не один из наших врагов, из асов. Убирайся и никогда больше не приходи с разговорами о волшебном меде!

Бауги вернулся домой и рассказал страннику, что Суттунг не даст ни капли меда.

Мы заключили с тобой договор, — сказал Вегтам- странник, — и ты должен мне ту оплату, которую я попросил. А теперь иди со мной и помоги мне ее получить.

Он заставил Бауги привести себя в то место, где был спрятан волшебный мед. Это была пещера в горном склоне. Перед ней лежала огромная груда камней.

Мы не можем ни сдвинуть их, ни пробиться сквозь них, — произнес Бауги. — И я не могу помочь тебе получить заработанное.

Странник выдернул из-за пояса бур.

Он пройдет через скалу, если приложить к нему силу. Силы у тебя хватает, великан. Начинай.

Взяв бур, Бауги со всей силой врезался в скалу, а странник стоял рядом, опираясь на посох, спокойный и величественный в своем синем плаще.

Я проделал глубокую, очень глубокую дыру. Она прошла сквозь скалу, — сказал наконец Бауги.

Странник подошел к дыре и дунул в нее. В лица им полетела каменная пыль.

Значит, вот она, та сила, которой ты хвастался, великан, — усмехнулся странник. — Ты и половину скалы не пробурил. Работай снова.

Бауги опять взялся за бур и стал все глубже и глубже вгрызаться в скалу. Он тоже дунул в дыру — и вот! Его дыхание прошло насквозь. Затем он посмотрел на странника, что тот станет делать; глаза его были преисполнены ярости, а бур он держал в руках словно нож.

Посмотри на верхушку скалы, — сказал странник.

Когда Бауги задрал голову, странник превратился в змею

и скользнул в дыру в скале. Бауги заметил это и ударил змею буром, надеясь убить, но змея успела уползти.

За толстой стеной было пустое пространство, освещенное светящимися кристаллами в камне. И там сидела безобразная ведьма с длинными зубами и острыми ногтями. Она раскачивалась из стороны в сторону, и из глаз ее лились слезы.

О, моя молодость и красота, — напевно бормотала она, — о, горе, горе мне! Я заперта здесь, и эта пещера — все, что у меня есть.

Змея скользнула по полу.

О, ты смертельно опасна, и ты можешь убить меня! — вскричала ведьма.

Змея подползла к ней, и ведьма услышала тихий голос:

Гуннлёд, Гуннлёд!

Охранница оглянулась: за ней стоял величественный человек в темно-синем плаще — Один, старейший из богов.

Ты пришел взять волшебный мед, сторожить который мой отец оставил меня! — закричала она. — Ты не получишь его! Скорее я вылью его на сухую землю пещеры.

Гуннлёд, — сказал Один и подошел к ней.

Она посмотрела на него и почувствовала, как алая кровь юности возвращается на ее щеки. Она прижала руки с острыми ногтями к груди и почувствовала, как они впиваются в ее плоть.

Спаси меня от этого уродства, — заплакала она.

Я спасу тебя, — сказал Один. Он еще ближе подошел к ней, взял ее руки и сжал их. Он поцеловал ее в губы. Все следы уродства покинули девушку. У нее больше не было горба, она стала высокой и обрела свою стройность. Глаза стали большими и темно-синими, губы — алыми, а руки — мягкими и красивыми. Она превратилась в такую же красавицу, как Герд, на которой женился Фрейр.

Так они стояли, глядя друг на друга, а потом сели бок о бок и спокойно поговорили — Один, старейший из богов, и Гуннлёд, прекрасная великанша.

Она отдала ему три кувшина с волшебным медом и сказала, что выйдет из пещеры вместе с ним. Прошло три дня, но они по-прежнему находились взаперти. Наконец Один силой свой мудрости нашел скрытые тропы и проходы, что вели из пещеры, и вывел Гуннлёд на свет.

Он нес с собой кувшины с волшебным медом, который дает мудрость, а мудрость — такое прекрасное слово, что влечет за собой любовь. И Гуннлёд, которая испробовала лишь каплю этого волшебного меда, вышла в мир с песней о красоте и могуществе Одина и о своей любви к нему.

ОДИН РАССКАЗЫВАЕТ ВИДАРУ, СВОЕМУ МОЛЧАЛИВОМУ СЫНУ, ТАЙНУ СВОИХ ДЕЯНИЙ

Один представал в виде Вегтама-странника не только перед великанами и людьми, когда бродил по Йотунхейму и Мидгарду. Он встречался и говорил также и с богами — и с теми, кто живет далеко от Асгарда, и с другими, которые приходили в Мидгард и Йотунхейм.

Среди тех, кто жил далеко от Асгарда, был Видар, молчаливый сын Одина. Он обитал далеко в глуши, среди высокой травы, которая росла вокруг него. Рядом с ним пасся конь под седлом, всегда готовый стремительно умчаться вдаль.

И Один, который теперь был Вегтамом-странником, пришел в это уединенное место и обратился к Видару, молчаливому богу.

О Видар, — сказал он, — самый странный из всех моих сыновей; бог, который будет жить, когда все мы уйдем; бог, что принесет миру память об обитателях Асгарда, которые не будут знать о своей силе; о Видар, я хорошо знаю, почему конь, который пасется рядом с тобой, готов сорваться с места: ты можешь всегда вспрыгнуть на него и умчаться незамеченным — сын, который спешит отомстить своему отцу.

Лишь тебе одному, о Видар молчаливый, я расскажу о тайнах моих деяний. Никто, кроме тебя, не будет знать, почему я, Один, старейший из богов, девять дней и ночей висел на дереве Иггдрасиль, приколотый своим собственным копьем. А висел я на нем, чтобы усвоить ту мудрость, которая даст мне силы во всех девяти мирах. И на девятую ночь руны мудрости появились перед моими глазами, и, соскользнув с дерева, я взял их себе.

И я расскажу тебе, почему мои вороны прилетели к тебе, неся в клювах куски кожи, — чтобы ты смог сделать себе сандалии и ногой в этой сандалии наступить на нижнюю челюсть самого свирепого волка и разорвать его. Все сапожники земли выделывали для тебя эту кожу, чтобы ты мог справиться с волками.

Я посоветовал обитателям земли обрезать ногти на руках и ногах своих мертвецов, потому что из них великаны сделают для себя корабль Нагльфар, на котором поплывут на север в день Рагнарёка, Сумерек богов.

И я скажу тебе больше, Видар. Я, живя среди людей, взял в жены дочь героя. Моему сыну придется жить как смертному среди смертных. Его зовут Сиги. От него пойдут отпрыски — герои, которые заполнят Валгаллу, мой Зал в Асгарде, и вместе с другими героями они вступят в нашу битву с великанами и с Суртуром с огненным мечом.

Один долго оставался в этом спокойном месте, общаясь со своим молчаливым сыном Видаром, который вместе со своим братом вел жизнь отличную от жизни обитателей Асгарда и который, когда придет другой день и появится другой мир, принесет в него память об асах и ванах. Один долго говорил с ним, а затем пошел сквозь чащу, где в кустах и высокой траве пасся конь, готовый к внезапному путешествию. Он прошел к берегу моря, где асы и ваны уже собрались на пиршество, которое устраивал для них старый Эгир, великан, властелин моря.









<-Вернуться назад Читать дальше ->



Сырно написано? Тогда расскажи об этом! :)

Поэзия и стихиБоги Древнего мираЧудеса света Средневековая литература

Ещё читать по этой теме :)

* Борьба Бела со змеем ;     
* Стрекозы;     
* Глава 30 ПРЕВРАЩЕНИЕ ИССУМБОСИ. КИНТАРО – ЗОЛОТОЙ МАЛЬЧИК ;     
* МЕСОПОТАМИЯ ;     
* РОЖДЕНИЕ БАБОЧЕК ;     
* *Глава девятая О церкви в Хакендовере и об искусном каменщике, ее строившем;     
* Гектор в Трое. Прощание Гектора с Андромахой;     
* Почему кукуруза и фасоль растут вместе ;     
* РАССКАЗ ТРЕТИЙ, в котором будет поведано, сколь трудолюбив и искусен был народ муиско;     
* Основание Берита ;     


×

Из этой категории



info:

Bonjour Mon'Amie! Спасибо за прочтение!                                                                                                                                                            
Всем веселья и добра! :)


Что-то...

Вы чай из улиток не желаете? :)